Меню
16+

Сетевое издание «Будни района»

16.07.2021 09:01 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

История кумыков

Автор: Камиль Алиев

«В этнографической литературе до сих пор продолжают повторять положение Н.Я. Марра о том, что «кумыки – отуреченные лезгины – писал он. – При этом обходят молчанием вопрос, кто и как отуречил лезгин. Сами по себе отуречиться они не могли. Больше того, турецкие (тюркские – К.А.) племена должны были количественно преобладать над отуреченными лезгинами». Его поддержал и ряд других российских ученых. Л.Н. Гумилев, хотя непосредственно и не высказывался по вышеуказанной марровской концепции, но связывал происхождение кумыков напрямую с хазарами, а впоследствии пришел и к выводу об их автохтонности на Кавказе, родиной которых считал Терскую равнину. Не разделял этногенетических построений Н. Марра и его последователей в Дагестане и крупнейший советский этнограф С. Токарев, связывавший происхождение кумыков с народом кам или камак, упоминаемым Плиниусом в Северном Дагестане еще в I веке н.э. 

Солидарен с ним и этнограф-кавказовед Л.И. Лавров. «Маловероятно, – высказывал свои сомнения ученый, чтобы кумыки были тюркизированными дагестанцами, как это утверждают некоторые (речь идет о работах Я.А. Федорова, Р. Магомедова, С.Ш. Гаджиевой – К.А.). Скорее их предками следует считать кипчаков, хазар и, может быть, других тюрок раннего средневековья. Желательно было бы выяснить: не имеют ли к ним отношение камаки, обитавшие в Северном Дагестане в начале нашей эры» .Не нашли поддержки «марровские» концепции происхождения и в зарубежном «кумыковедении», где общепринятой оставалась и остается по сей день концепция тюркского (гунно-булгарского, гунно-хазарского) происхождения кумыков .

Тем не менее, по существу же, эта уже вполне «официальная» (освященная сверху) доктрина получила свое полное теоретическое оформление в работах и исследованиях ученика Я.А. Федорова, дагестанского историка-археолога Г.С. Федорова-Гусейнова. Подробный разбор этногенетических построений Г.С. Федорова проведен в работах и публикациях К. Алиева и Г.Р. Гусейнова. Здесь же во вводной части хотел бы лишь отметить, что взгляды Г.С. Федорова, находившегося в орбите сильного влияния своего учителя Я.А. Федорова, на историю кумыков, в т. ч. хазар и булгар, были довольно противоречивыми. С одной стороны он в своих ранних работах, написанных по результатам археологических исследований в междуречье Терека и Сулака не исключал связи обнаруженных там и в других регионах Дагестана материалов с хазарами. И даже приходил к выводу, что основной этниче ский состав населения присулакских районов в послегуннское время со стоял из алано-болгарских племен, в числе которых, возможно, были и собственно хазары. А в другой, в монографии, написанной в 1978 г. совместно с Я. Федоровым утверждал уже, что хазары не оставили в Дагестане «ни следов своей собственной культуры, ни этнического наследства: они растворились в новой волне кочевников, хлынувшей в Европу». В вопросе же собственно этногенеза кумыков, как и других тюркских народов Северного Кавказа, он, к сожалению, продолжал следовать негативистским концепциям, и в частности, «тюркизации» хотя для такового у него не находилось никаких надежных подтверждений. На самом деле история тех же аварцев, даргинцев, чеченцев, лезгин, осетин, кабардинцев, и др., вступивших в непрекращающийся многовековой теснейший контакт с тюркским миром Кавказа, показывает, что, несмотря на сильнейшее в течение многих веков влияние и экспансию тюркского этноса, их культуры и языка, сохранили свои языки и самобытность.

Сторонником более взвешенного, «многокомпонентного» («многофакторного») подхода к этногенезу кумыков показал себя, насколько это возможно было в условиях «сталинского» диктата в науке, кумыкский историк А. Тамай. Опираясь на исследования историков и археологов, А. Тамай пришел к выводу о «существенной»(«важной») «роли древнейшего населения Кумыкской земли – албанских, аорсских (сарматы), гуннских, аланских, горских племен» в этногенезе кумыков. Он полагал, что «период хазарского владычества на Кумук-Тюз (древнее название).

Кумыкской равнины (земли), «Страны гуннов» наряду с названиями Дешт-и Хазар и Дешт и Кипчак в последующие эпохи – Ред.), когда последний служил ядром каганата, имел, несомненно, важное (!) значение в этногенезе кумыкский народности». Он рассматривал кумыкской этногенез на более широкой основе нежели чем вышеназванные сторонники концепции «тюркизации» и считал, что «в лице населения Кумыкской равнины VII–X вв. мы имеем этническое переоформление того же (см. выше) населения в результате смещения и дальнейшего развития, скрещения его с тюркскими,, хазарскими, болгарскими, огузскими, печенежскими, иранскими и арабскими (!) племенами и народами». К этому следует лишь добавить, раз мы включаем в этот список семитов-арабов, то нельзя из него ис ключать и евреев, которые, как показывают исследования, оказали также определенное влияние на этнос, культуру, религию и даже антропологию кумыков .

Как видно из сути взглядов А. Тамая, он, как и ряд других исследователей, ключевым этапом кумыкского этногенеза считал «период хазарского владычества» на Кавказе. И рассматривал население Кумыкской равнины VII–X в. «ближайшим предком (!) нынешних обитателей страны – кумыков». Из сути его взглядов вытекало то , что кумыкская народность этнически является продуктом длительного и сложного исторического процесса и сложилась как народность в результате смещения и скрещивания различных этнических компонентов, а не просто прямой «тюркизации» тюрками одного из горских племен (по Н. Марру и его последователям– однозначно «лезгин» или даргинцев, или еще каких-то других этнических элементов). Он вплотную подошел и поставил вопрос о предках – этнообразующих компонентах (гунны, сарматы (аорсы), булгары, хазары, аланы, кипчаки, горские племена и др.) и этнообразующих факторах, обусловивших само появление кумыкского этноса (общая территория, государственность, язык, письменность и т. д.).

Таким образом, можно заключить, что взгляды и подходы А. Сатыбалова и особенно А. Тамая предвосхитили если не полностью, то частично концептуальные подходы и оценки позднейших кумыкских ученых (С.М. Алиев, К.М. Кандауров, А.-Х. Аджиев, К.С. Кадыраджиев и др.) , предпринявших в конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века свои исследования в области кумыкского этно– глотто-культурогенеза.

Огромную роль в развитии и утверждении альтернативной исконно тюркской (гунно-хазарской) концепции происхождения кумыков, несомненно, сыграла деятельность Кумыкского научно-культурного обществ (председатель – автор данного исследования), проведение им ряда научных семинаров и конференцийпосвященных проблемам кумыкского этногенеза, а также издаваемый данным обществом в 2000–2010 гг. информационно-аналитический бюллетень «КНКО:

Проведённые этногенетические исследования, семинары и конференции, критический анализ обширного неучтенного фактологического материала позволили нашим ученым выработать и предложить взамен существующей «официальной» концепции более адекватную, можно сказать, «синтетическую», концепцию кумыкского этногенеза и этнической истории, лишенную крайностей имеющихся подходов и открывающую путь к серьезному, основанную на новой теоретической и методологической базе, изучению истории кумыков.

Наша гунно-хазарская (тюркская) теория основывается на положении, что этнической основой кумыкского народа являлись тюркские племена гунно-хазарского союза, с первых веков н. э. населявшие Северный Кавказ и Восточную Европу. Эта концепция подчеркивает тюркские истоки современных кумыков, отмечает решающую роль в их этногенезе этнополитической традиции Кавказской Гуннии, Западного Тюркского каганата, Хазарии, Великой Булгарии, кумано-кипчакских этнических групп Кавказа и в целом Евразии.

Согласно этой концепции процесс формирования племен, из которых сложилась кумыкская раннефео- дальная народность, происходил преимущественно на территории Северо-западного Прикаспия и Предкавказья, известной в армянских, сирийских источниках с IV в. под названиями «Царство гуннов», Берсилия, или Первая Сарматия, «Гуннуг-ундрия», Хонистан, Джиндан, иначе говоря, как Кавказская Гунния 1 . Ключевым завершающим этапом этногенеза и этнической истории кумыкского народа, бузусловно, явился период Золотой Орды ( XIII–XV в.).

Понятно, что любой этногенетический процесс является одним из самых сложных и многоплановых, многогранных и многоэтапных исторических явлений. Процесс формирования этнической общности определенного народа охватывает целые тысячелетия, развивается на протяжении многих эпох. В своем развитии он тормозится или ускоряется различными историче скими событиями.

Для Северного Кавказа такими многоплановыми и крупными собы тиями, отразившимися на этногенетических процессах региона, были: рас селение в конце III тыс. до н. э. в направлении из Прикубанья на восток, вплоть до берегов Сунжи, так называемых «майкопцев»; походы скифов через степи и предгорья Кавказа в Переднюю Азию и обратно; расселе ние гуннов в Предкавказье и у Дербентских ворот, и т. п. Эти массовые события, естественно, вызывали и массовые этнические перетасовки в крае. В определенной степени можно даже говорить о том, что именно здесь, в Предкавказье, формировался эпицентр взрывов, вошедших в историю как «великие переселения народов» IV–V вв., вызванные вторжением гуннов в восточ-ноевропейские степи и к границам Римской империи. Эти этнические взрывы происходили с новой, нарастающей силой в период распада Западнотюркского и становления Хазарского каганатов, в период формирования аланского и половецкого государст венных образований и их падения. В основных своих чертах эти процессы завершились в период монголо-татарских завоеваний и распада Золотой Орды. В связи со сказанным весьма уместно вспом нить выводы одного из ведущих теоретиков этногенеза В.П. Алексеева о том, что «этногенетический процесс, как теперь очевидно, является одной из важнейших составляющих все- мирно-исторического процесса и в хронологическом отношении реально сопоставим со всем временем существования человечества... Очевидно, что такое сложное историчес кое явление, как становление народа, само по себе представляет сложный исторический процесс, и поэтому говорить о «точке отсчета» в достаточной мере бесперспективно – ее нет и она лишь искусственно вводится нами в материал». В итоге сложного исторического процесса образования народа на протяжении веков формируется тот комплекс специфических элементов, который характерен только именно для данного народа и ни для какого другого больше.

Этот специфический комплекс характеризуется многими, только этому народу свойственными приз­наками и отличается от других неповторимым набором культурных черт, особенностями языка, определенным набором этнопсихологических стереотипов, специфической особенностью хозяйственно-экономического уклада, устойчивой этноисторической традицией в материальной и ду ховной культуре и т. п.

Вся специфика хозяйственно-бытового уклада, традиционная этно-культура формируется на опре- деленной территории, в определенных физико-географических условиях – в горах, в степи, приморье и т. д. Но как справедливо отмечают теоретики этногенеза, «предполагать полную и кардинальную перестройку культурных элементов в ходе времени у нас нет оснований, никакие историко-этнологические наблюдения таких перестроек не подтверждают... Переход от одного уклада к другому и от одной традиции к другой невероятен даже в единичном случае, так они различаются».

(Продолжение следует)

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

4